Что почитать: публикуем главу из книги «Река тайны, волна любви»

У пассажиров в летнем круизе стали пропадать… подушки. Стань героем этой истории – заполни дневник следователя в конце книги и раскрой преступление!

– Она была такая хорошая, а я оказалась предательницей, – чистосердечно признала Верочка.

– Прекрасное начало, – одобрила я. – Самокритично. Продолжай.

– Она была такая полезная… Такая красивая и удобная. Мягкая. Белая… Вчера после дискотеки я поплелась на шлюпочную палубу спать, потому что в каюте душно, погода хорошая, да и вообще… Тебя где-то черти носили. Ну я и пошла, надеясь, что, может, ты тоже дрыхнешь наверху. Я даже и не ждала, но он сразу же поднялся, пришлось подушку сунуть под лавку… Ну и провожать он меня пошел, не стану же я вытаскивать подушку и брать с собой… А утром шея затекла, я за подушкой потащилась, а ее нет…

Мне становилось скучно. Ну да, ну да. Каждое лето одно и то же! Ведь как я не хотела плыть с дедом по этому маршруту, да еще и в июне, когда толком ни позагорать, ни искупаться. Ну ладно, что шестой раз я гляжу на одну и ту же козу. Нет, правда, когда мимо Нижнекамска плывем, там дед козу пасет. Всегда! В одной и той же кепке. В смысле дед, а не коза. Я в бинокль видела. Ладно, что мои драгоценные родители уехали на Кипр без меня – понятно, денег не хватило, чтобы поселить взрослую дочь в отдельном номере, это уже обсуждалось в тесном семейном кругу. Но почему они не могли поехать, когда дедуля пойдет в Ростов-на-Дону, или в Астрахань, или в Питер? И желательно в июле.

В июле можно купаться. Или в августе. В августе полно вкуснющих арбузов. Вот Верочке – ей, собственно, все равно, куда плыть. Она моментально находит себе занятия: придумывает тайны, завязывает знакомства, заводит романы, влюбляется и страдает потом долго-долго. Иногда даже неделю. Естественно, Верочка всячески привлекает к своим драмам и близкую подругу. Не то чтобы мне совсем неинтересно, но как-то уже надоело. Вот и эта история с подушкой не заставила себя долго ждать. Хотя все ясно, как в математике за первый класс.

– …Если бы не он… – продолжала Верочка.

– Кто он? Вроде мы говорили про подушку? –решила я уточнить. – Или это был подушк? Такой подушкин муж.

Оказалось, что этот «он» – Михаил. Ему двадцать, ну или чуть больше. Он едет с женой. Из Перми. Именно над ними мы еще вчера прикалывались, наблюдая, как они неслись с чемоданами, – ведь чуть не опоздали! Удивительно, что Верочка пока не выяснила, что их так задержало, но вчера вечером они поссорились.

– Совсем с ума сошла! – возмутилась я. – Это молодожены из двадцатой каюты? Может, ты еще попробуешь очаровать дядю Колю? Ему на днях стукнуло всего-то
сорок пять!

Впрочем, возмущалась я только для вида: не за Верочкой этот Миша пошел, а просто так. И не провожал он ее вовсе, лишь спустился на вторую палубу следом. Я все видела. Надо же так нафантазировать!

Наш двухпалубный электро-дизелеход «Россия» делал стоянку в небольшом и неухоженном городе Сарапуле. Я этот город не любила и, воспользовавшись хорошей погодой, валялась на шлюпочной палубе с детективом в руках. А передо мной сидела Верочка и старалась делать вид, что она-то знает: это ее поклонники воруют подушки. И что, мол, пора и мне это оценить.

– Вчера поздно вечером я пошла на шлюпочную палубу, – начала и я свой рассказ таинственным голосом. – Поднимаясь, я увидела, как ты возишь ногой под скамейкой, посильнее утрамбовывая подушку. Я дождалась, когда вы с Мишей спуститесь, освободила несчастную подушку и сунула ее в шлюпку, под брезент. Думала, что чуть позже покорительница отпускных сердец за ней вернется.

Но тебя все не было. Я закоченела, любуясь звездами, вытащила спрятанную подушку, пожалела, что шутка не удалась, и отнесла спальную принадлежность в твою каюту. Дверь была открыта, мама Таня спала, я положила подушку на диван, подумала: вот ты удивишься, когда явишься со «свидания», хотела было написать записку, но ничего остроумного не придумала и, осторожно закрыв за собой дверь, удалилась в свою каюту читать. Хау! Я все сказала!

Верочка беспардонно выдернула у меня из рук «Дом с привидением» и зашипела:

– Но ее нет в каюте! Я спала без подушки и отлежала себе шею. Всю свою красивую лебединую шею отлежала!

–Хорошо. Обыщем. Допросим. Надаем по лебединой шее. Если нужно будет, применим самые жестокие пытки, – пообещала я, надела на новый бирюзовый купальник сарафан, взяла полотенце и направилась в каюту.

Скоро должны были пригласить в ресторан первую смену, и туристы, решив, что Сарапул не стоит того, чтобы пропускать вкусный обед, дружно возвращались на судно. К трапу подошел Господин Хороший. Еще вчера, при посадке, мы с Верочкой окрестили так высокого мужчину в красивом сером костюме. Он совсем не походил на туриста. И особенно на туриста «России».

На нашем старом, единственном оставшемся на ходу электро-дизелеходе 1952 года выпуска собиралась не особо богатая публика. Часто путешествовали целые школьные группы, бабушки с внуками, просто студенты и студенты-молодожены, решившие во что бы ни стало устроить себе медовый месяц с круизом, пусть даже по Каме и Волге.

Господин Хороший плыл один в двухместном люксе. Что за радость путешествовать в одиночку в двухместном номере и дорогом сером костюме? Может, он какой-нибудь заграничный принц? Но его свергли и отправили в изгнание в наше пароходство. На эту тему я могла бы предложить еще пару версий, но Верочка взяла меня под руку и, напомнив про подушку, потянула от бортика.

Мы зашли в мою каюту, включили свет в крошечном коридорчике, где находился шкаф для одежды и обуви, а через перегородку – умывальник; распахнули шифоньерчик и принялись выбирать, во что переодеться. Вообще-то это был мой персональный шкаф, как и одежда. Но Верочка вечно что-нибудь у меня одалживает.

– Зря ты, кстати, не закрываешь окно или хотя бы жалюзи, – бросила Верочка, беспардонно примеряя мою новую, выписанную по каталогу рубашку.

– А мне кажется, я закрывала. – Я прищурилась и попыталась представить себя в каюте: вот взяла со стола очки, сняла с полки книжку, посмотрела в окно – на берегу рыбак сматывал какое-то странное приспособление… – Точно закрывала! Не на защелку, но закрывала, совершенно точно вспомнила!

Я оглядела каюту. Сунула руку в карман пиджака – выданная родителями денежка на месте. Серебряное колечко, серьги, которые непонятно зачем взяла – ведь не надеваю, семнадцать книжек с детективами, плейер, маленький шерстяной кот, красивая гелевая ручка с блокнотом – ничего не пропало. Окно приоткрыто. Вообще-то его легко опустить и поднять из каюты, а с палубы нужно приложить некоторое усилие, особенно чтобы закрыть. Но это вполне возможно, если оно не закрыто изнутри на защелку. А оно не было закрыто.

– Кап не мог зайти? – спросила Верочка.

– Мог. Только зачем дедуле… подушка?

На диване, действительно, не хватало подушки.